В последнее время у меня появилось много клиенток с депрессией. Кому-то я помогаю постепенно продвигаться в выздоровлении. А кому-то (в зависимости от тяжести состояния) советую обратиться к психиатру, обладающему правом выписывать медикаменты. Потому что депрессия — это не просто плохое настроение и подавленность, а достаточно серьезное психологическое расстройство.
Специалисты выделяют классическую триаду депрессии:
- снижение настроения;
- снижение воли;
- снижение мыслительных функций.
К приведенной триаде могут присоединяться сопутствующие жалобы: потеря интереса ко всему, что раньше радовало; набор или потеря веса; нарушения сна; сильное чувство вины; панические атаки; ощущение собственной никчемности и ущербности; мысли и размышления о смерти и пр. Для того чтобы диагностировать депрессию, данные симптомы должны иметь устойчивый характер и длиться не менее двух недель.
Обыватели часто даже не представляют, что переживают люди, болеющие депрессией. Иногда, со стороны, кажется, что депрессивные больные — это просто безвольные лентяи, которые не могут взять себя в руки. Обычные советы «сочувствующих» примерно такие: «да перестань, не парься!», «смотри, весна за окном, а ты грустишь!», «давай вместе фильм посмотрим, легче станет!» И тому подобное…
На самом деле, больной депрессией не притворяется. Ему действительно сложно не то что взять себя в руки, а даже вставать с кровати. Самые элементарные действия даются ему с огромным трудом. Иногда депрессия накрывает настолько, что даже почистить зубы и одеться требует неимоверного напряжения силы воли. Да и воля-то в этот момент поражена. Среди специалистов есть мнение, что депрессия — это именно болезнь воли. И я с ними соглашаюсь. Я описываю депрессию, как лишение себя жизни ради сохранения самой жизни. Звучит странно? Но на самом деле для переживающих депрессию характерно именно такое ее описание: жизнь с ее сильными переживаниями слишком опасна, надо отсечь себя от непереносимых чувств. Но со временем такой «скафандр» от жизни оборачивается не спасением, а тяжелейшей изоляцией от мира, замороженностью чувств. Ощущение такое, как будто нечем чувствовать, нечем желать, нечего хотеть…
Леонид Андреев, русский писатель начала прошлого столетия, яркий представитель Серебряного века, так описывает свои переживания в депрессии: «Пока я слушаю музыку, мне кажется, что я вот-вот вернусь, почти вернулся, что от этой минуты я снова стану тот и все станет то; и я буду плакать от нежных волнений, звать, искать, к кому-то протяну руки; и все я вижу в свете, в нежном танце, все в том же замирании сердца. Кто-то, кого люблю, совсем близко-близко-близко.
Кончилась музыка — и наступает ничего. Просто ничего, как было до, как будет завтра. Вместо чувств и зовов невидимого — мысли, размышления, перетирание старого, власть окружающего; душа молчит, как мертвая. Никого не жду. Никуда не протягиваю рук. И это страшное молчание внутри. Кажется порой, будто тонкий слой чего-то еще живого, говорящего и изображающего обволакивает холодного мертвеца, тяжелого и молчаливого вечно, с трудом таскаемого. Его сейчас я понесу спать; завтра его подниму с постели и вместе мы пойдем в кабинет: я снаружи, он внутри меня, холодный, тяжелый, немой.
Я туда кричу, я туда зову, но молчание каменное, мертвое, неживое. Никакого ответа, даже странно, что сам себя я не слышу и так себе не отвечаю.
И только при музыке «Жизни Человека» мертвец внутри открывает глаза, шевелится, смутно зовет кого-то смутного. Но тогда понятно и то, что он — не мертвец, но хуже мертвеца: заживо погребенный в темнице и тесноте гробы. И выход ему один: в настоящую смерть с ее настоящим и вечным молчанием.
Мне некому сказать: приди! — и не хочется, нет воли и желания. Никого не жду. Никто не придет…» (Дневник, 1915-1924).
Психоаналитик Юлия Кристева пронизывающе описывает депрессию: «Я пытаюсь сказать вам о бездонной печали, той несообщаемой боли, которая порой поглощает нас — и зачастую на длительное время, — заставляя потерять вкус к любой речи, любому действию, вкус к самой жизни. Это отчаяние — не отвращение, которое предполагало бы, что я остаюсь способной к желанию и творению, пусть и негативным, но, несомненно, существующим. В депрессии, когда само мое существование готово рухнуть, его бессмыслица не трагична — она представляется мне очевидной, оглушающей и неизбежной… Только что полученная мною травма — например, любовная или профессиональная неудача, какие-то горе или печаль, затрагивающие мои отношения с близкими, — все это часто оказывается лишь легко определимым спусковым крючком моего отчаяния. Предательство, смертельная болезнь, несчастный случай или увечье, внезапно отрывающие меня от той категории нормальных людей, которая представлялась мне нормальной…» (Ю. Кристева. «Черное солнце»).
Чтобы человек погрузился в депрессию, есть масса причин, начиная от смерти близких, заканчивая неудачей в каком-либо важном для человека проекте. Конечно, расставания со значимыми людьми, болезни, потеря работы, смена места жительства и прочие «неординарные» события тоже могут вызвать депрессивные расстройства. Все зависит от индивидуальных особенностей человека и, безусловно, от опыта переживания утрат в детстве, а также устойчивости чувства базовой безопасности. Соответственно, психологическая работа с депрессией действительно предполагает иногда погружение в достаточно глубокие детские переживания. Иногда даже довербальные, когда человек, еще не умея говорить, уже переживал невыносимую тоску и боль от потери значимого объекта. Можно предположить, что в конечном итоге эта тоска всегда будет связана с материнской фигурой.
Что можно посоветовать людям, переживающим депрессию? Я могу это сделать достаточно осторожно, потому что в одних случаях можно довольствоваться советами, а в других срочно обращаться за медикаментозным лечением. Тем не менее есть шаги в проживании депрессии, которые, по-моему, не могут навредить:
- Важно правильно распознать, то есть диагностировать свое состояние как депрессивное. Это автоматически предполагает признание себя не ленивым неудачником, не способным взять себя в руки, а заболевшим по каким-то серьезным причинам человеком. А причины были действительно достаточно угрожающими для психики, раз она «выбрала» защитить вас от невыносимых переживаний, уже наступивших или даже потенциально возможных. Находясь в здравом уме и твердой памяти, мы можем даже не предполагать, что какое-нибудь совсем не уникальное событие вроде расставания с любимым, случившегося полгода назад, или пустякового удаления аппендицита повлекли за собой погружение в депрессивное состояние. Иногда бывает достаточно трудно связать события личной истории и наступившие последствия в виде «атрофии» желаний, воли и мыслительной активности. По сути, первый шаг — это взрослое и зрелое признание своих ограничений в настоящий момент. «Да, я болею. Но я обязательно выздоровею».
- Важно амнистировать себя. В депрессии нет ничего позорного, стыдного или непоправимого. Человек в депрессивном расстройстве — абсолютно нормален и переживает свою личную внутрипсихическую работу. И пока справляется с ней таким способом. «Да, сейчас я болею. Но я нормален».
- Важно по возможности реабилитировать себя в проживании депрессии. Не требовать от себя собраться, веселиться, общаться и прочая. И самое главное, не винить себя за то, что не получается быстро, эффективно и самостоятельно выбраться из этого состояния. Попытки это делать могут только усугублять состояние. Истинные причины и переживания уходят еще глубже в подсознание и начинают еще сильнее подавлять настроение, функции воли и сознания. «Да, сейчас я болею. Возможно, для выздоровления мне требуется достаточно долгое время, исходя из особенностей индивидуального проживания и восстановления».
- Важно найти все-таки в себе силы попросить о поддержке. И в первую очередь «очистить» свой круг от людей, требующих от нас быстрого и волевого выхода из депрессии. Придется признать, что призывы «взять себя в руки и наслаждаться жизнью» не работают и влекут за собой еще больше вины, стыда и изоляции. Поэтому: «Да, сейчас я болею. И мне нужна помощь тех, кто ничего от меня не требует, а может просто выслушать меня и быть рядом».
- Важно все-таки обратиться за профессиональной помощью. Если есть такая возможность, провести поиск специалистов, работающих с депрессией. Я знаю, что сейчас есть возможность получать консультации за достаточно небольшую плату. Я сама много раз видела такие просьбы о помощи в профессиональных психологических сообществах и активный отклик психологов. Кроме того, не знаю как в других городах, но в Москве точно есть бесплатная психологическая помощь в том числе и для таких случаев. Сам факт обращения за помощью является важнейшим этапом выздоровления! Это свидетельствует о том, что внутри человека есть сила, желающая выздороветь и достаточно активная для призыва получить помощь в этом. Следовательно: «Да, сейчас я болею. Но у меня есть возможность получить профессиональную помощь и поддержку. Важнее этого для меня сейчас ничего нет».
Я рекомендую всем интересующимся посмотреть и почитать красочную и искреннюю«Книгу о депрессии». Кроме того, как ни парадоксально, перечитать сказки про спящих красавиц, царевен-несмеян и русалочек. И попытаться сочинить свои варианты. Возможно, порисовать образы, пришедшие из подсознания. Я верю в то, что наша психика сама умеет вести нас к исцелению, делая это через символы, метафоры, сказочные сюжеты и известные нам образы. Такая практика, возможно, будет экологичным и бережным способом вашего личного проживания депрессии.
