|
Психологи редко становятся знаменитостями. Филипп Зимбардо — один из немногих, кому это удалось. Однажды прославившись на весь мир, он по сей день пребывает в статусе живой легенды психологии и сполна собирает все полагающиеся звезде овации и упреки. “Один из самых ярких и выдающихся психологов современности”… “Пронырливый шоумен, паразитирующий на успехе единственного, не очень корректного эксперимента”… Каких только отзывов он не заслужил! Кто же он на самом деле? Присмотримся повнимательнее к его жизненному пути и научной карьере — действительно ярким и по-своему поучительным. |
В поисках лучшей доли
Филипп Джордж Зимбардо появился на свет в пору Великой депрессии — 23 марта 1933 года, в Южном Бронксе — захудалом районе Нью-Йорка, населенном преимущественно нищими иммигрантами. Таковыми были и его родители — выходцы с Сицилии, “понаехавшие” в Новый Свет в поисках лучшей доли.
Поиски, увы, не увенчались успехом. Семья перебивалась с хлеба на воду. Не раз и не два приходилось менять место жительства из-за непосильной арендной платы. Бывало, семья тайком покидала квартиру среди ночи, дабы скрыться от домовладельца. Первенец в многодетной семье, Филипп с малолетства преуспел в деле успокоения младших детей, обескураженных перспективой ночевки на улице. Не в эти ли лихие годы закладывался его талант увещевателя и мотиватора? Достаток пришел к нему лишь в зрелые годы. Свой первый дешевенький автомобильчик он купил в профессорском звании, путь к которому был долгим и тернистым.
Семья выжила благодаря дяде Джорджу (в его честь Филипп получил свое второе имя), который оказался настоящим Санта-Клаусом, приносившим еду, сладости и еженедельную воскресную газету. Дядя Джордж выразительно читал комиксы из этой газеты. Гораздо позже Филипп узнал, что его дядя был неграмотным и, “читая” подписи к комиксам, очень талантливо импровизировал. Газеты, которые он приносил, были единственным печатным изданием в доме.
Эта ситуация изменилась только тогда, когда Филипп, будучи подростком, стал периодически получать карточку, дававшую право на посещение публичной библиотеки.
Счастливый билет
Учеба в школе стала для Филиппа “билетом из “гетто”. Мальчик любил школу за методичность, порядок, чистоту, предсказуемость, организованность в работе. Самым важным в этот период, по мнению Зимбардо, были не столько полученные знания, сколько то, что учителя смогли “перефокусировать” его на умение отсрочивать немедленное удовлетворение своих желаний, ставить цели, планировать и действовать поэтапно в соответствии с разработанными планами и получать радость от достижения поставленных целей. Они научили Филиппа ориентироваться на будущее, помогли ему “вырастить крылья, чтобы он смог подняться для полета” за пределы обычных повседневных ограничений.
В старших классах Филипп получил признание как лидер, избирался президентом класса и школьного братства. Школьный товарищ Филиппа Стэнли Милгрэм также считается одним из ярчайших психологов ХХ века. Любопытно, что в современных учебниках описания экспериментов Милгрэма и Зимбардо буквально соседствуют — настолько они перекликаются по содержанию.
После окончания школы Филипп вопреки воле отца поступил в Бруклинский колледж, учеба в котором тоже очень ему нравилась, несмотря на то что деньги на жизнь приходилось зарабатывать, продавая напитки и программки в одном из бродвейских театров.
Меньше денег — больше известности
По окончании колледжа Зимбардо решил не останавливаться в своем образовании и поступил на факультет психологии в Йельский университет. Он переступил порог Йеля с целью специализироваться в социальной психологии, однако вместо этого на некоторое время занялся изучением исследовательского поведения крыс-альбиносов. На втором курсе Филипп женился на своей однокласснице по Бруклинскому колледжу Рози Абдельнур, но их семейная жизнь продлилась недолго.
Углубившись в занятия, юноша начал осознавать, ради чего стоит учиться в университете. Он выбрал курс Боба Кохена, который тот читал вместе с Джеком Бремом. Последний включал в список литературы для студентов новые работы, которые посылал ему его наставник Леон Фестингер. Филипп был потрясен элегантностью и размахом его теории когнитивного диссонанса и его гением, когда он выступал несколько позже перед студентами факультета. Филипп Зимбардо начал проводить совместные исследования с Карлом Ховландом, прекрасным ученым и исследователем. Ховланд позже использует наработки с Зимбардо в совместной работе с Музафером Шерифом.
Зимбардо получил докторскую степень по социальной психологии в Йельском университете в 1958 году. Ему стало нравиться преподавать, так же как нравилось учиться. Он начал работать на полставки в Йельском университете в надежде со временем получить там постоянную работу, но Норманн Миллер рекомендовал Филиппа для преподавания в Нью-Йоркский университет в Бронксе. Это было рядом с его домом, и Филипп не смог отказаться.
При приеме на работу председатель Кендлер спросил Зимбардо, что для него важнее: слава, известность или деньги. Филипп, подумав, ответил, что известность. Кендлер сказал, что у Филиппа есть выбор: он может получить должность инструктора (зарплата 6500 долларов в год) или должность доцента (зарплата 6000 долларов в год) — меньше денег, но больше известности. Зимбардо выбрал второе.
Скачок в карьере
В 1968 году произошло большое событие в жизни Филиппа Зимбардо: его пригласили в престижный Стэнфордский университет (который он считал лучшим в мире) на должность профессора, должность, которую до него занимал его идол Леон Фестингер. Зимбардо такой переход от доцента Нью-Йоркского университета к должности профессора Стэнфорда рассматривал как огромный скачок в карьере.
Прибыв в Стэнфорд, он немного оробел: если в Нью-Йоркском университете он чувствовал себя как “большая рыба в маленьком аквариуме”, то в Стэнфорде он напоминал себе “пескаря в огромном водоеме для акул”. Там преподавали Аткинсон, Бандура, Маккоби, Мишел, Шеппард и много других блестящих ученых.
Избавленный в Стэнфорде, в отличие от Нью-Йорка, от борьбы за финансовое выживание, Зимбардо получил наконец возможность заняться творчеством. Он написал книгу “Психология и жизнь” и ряд других книг и статей. Учебник “Психология и жизнь” стал очень популярным: сразу было продано более ста тысяч экземпляров. В 2010 году увидело свет уже девятнадцатое издание этого бестселлера.
В рае Стэнфорда он стал искать середину между работой и игрой. Одним из блестящих результатов этого “балансирования” стал знаменитый “тюремный эксперимент”, который вошел во все учебники по социальной психологии и сделал Зимбардо всемирно известным.
Эксперименты Зимбардо
“Тюремный эксперимент” Зимбардо — классическая демонстрация силы влияния ситуации на обычных людей, влияния исполняемой роли на то, как возникает зло. Результаты потрясли экспериментаторов. Эксперимент “превзошел все ожидания” и был прерван, потому что начал развиваться непредсказуемо и опасно.
Эксперимент прекратила Кристина Маслач — невеста и будущая вторая жена Филиппа Зимбардо. Она была потрясена развивавшейся ситуацией и расплакалась от жалости к испытуемым. Жестокий опыт даже послужил сюжетом художественных кинофильмов (еще один сейчас снимается в Голливуде).
Скептики, правда, не устают указывать на его уязвимость для критики как с этической, так и с методической точек зрения.
Позже Зимбардо заинтересовался еще одной проблемой — застенчивостью взрослых и детей. Сегодня он считается ведущим экспертом в этой области. Его книга “Застенчивость: что это и что делать с этим” была переведена на десять языков, в том числе и на русский (автором этих строк). Не менее популярная книга “Застенчивый ребенок” также была неоднократно переиздана.
Терапия застенчивости, по Зимбардо, эффективно проводится в течение четверти века в Клинике застенчивости в Пало-Альто (Калифорния).
Заслуженные награды
Даже после ухода в отставку (ныне он почетный профессор Стэнфорда) Зимбардо был назван “голосом и лицом современной психологии” из-за его популярности в телевизионной серии “Открытие психологии” (Discovering Psychology).
Вершиной академической карьеры Зимбардо стало его избрание президентом Американской психологической ассоциации в 2002 году. Ложкой дегтя стало награждение его через год, в 2003 году, Игнобелевской (по-русски ее иногда называют Шнобелевской) премией — издевательской наградой, которую комитет скептиков присуждает за самые бестолковые и бесполезные “научные” исследования. Зимбардо удостоился такой “чести” за исследования восприятия обывателем политических деятелей.
Сказать по совести, результаты этого исследования столь смехотворно банальны и бессмысленны, что премия вполне автором заслуженна. Вероятно, Зимбардо положился на ранее заслуженную репутацию и откровенно схалтурил. Похожее впечатление возникает и от его недавней книги “Эффект Люцифера” — довольно неуклюжей парафразы давней тюремной истории.
До сего дня ученый разъезжает по миру с хорошо отрепетированным выступлением на давно заезженную тему (недавно отметился в Москве и Петербурге). Получается вроде “Дискотеки 80-х” (точнее — 70-х), где звезды прошлого века в сотый раз перепевают шлягеры, когда-то принесшие им славу.
Последняя книга мэтра “Парадокс времени” (2008) бестселлером не стала. Похоже, всё, что имел сказать американский психолог, им уже давно сказано. Хотя стричь купоны с репутации можно долго. А живой классик и на восьмом десятке еще бодр и активен.
