тревога
18 материалов
Материалы по тегу
-
Зачем нам животные в тревожные годы: цифры и чувства
Почему в последние годы в домах становится больше собак и кошек? Статистика по России, исследования пандемии и размышления психотерапевта о том, что животные дают человеку, когда мир непредсказуем: ритм, телесное присутствие и возможность заботиться.
-
«Как же так? Я же собака!» Когда заботы становится слишком много
О щенке Панде, которую хочется взять на руки при первом же испуге, — и о том, как гиперопека, даже самая нежная и незаметная, лишает и собаку, и человека шанса научиться справляться самому.
-
Я — это тревога
О тревоге, которая появляется не как сигнал опасности, а как голос подлинной части себя, которую слишком долго заставляли молчать, — и которая громче всего звучит именно тогда, когда исчезает привычное давление.
-
Илья Латыпов О тревожном типе привязанности
Подробный разбор тревожного типа привязанности и страха брошенности — того самого чувства, что любовь другого человека похожа на слабый огонёк свечи, который нужно постоянно защищать от трёх главных угроз: различий, конфликтов и чужого внимания.
-
Долгий путь к холодильнику
О ночном пути к холодильнику как ритуале самоуспокоения — и о том, как один пробный вопрос себе «а чего ты хочешь?» превращает тревожный сон о чёрных руках в сон о желанных объятиях.
-
Релоканты. О выборе мужчины.
Личные размышления релоканта о внутренних установках «настоящего мужчины», не позволяющих легитимно уехать, — и о фразе супервизора, которая единственная помогла: «сейчас правильным является любой выбор».
-
Свой и чужой: тревога у релокантов
О том, как оговорка «релоканты» вместо «репликанты» во сне неожиданно точно назвала тревогу чуждости — и о том, что называние переживания часто первый шаг к тому, чтобы с ним что-то делать.
-
Я боюсь.
О том, что происходит с психотерапевтом, когда пугающим и почти психотичным становится не внутренний мир клиента, а сама окружающая реальность — и какая опора остаётся, когда привычные границы кабинета перестают защищать.
-
Я буду ходить на группу.
О том, что происходит с терапевтической группой, когда сам внешний мир становится тревожным и враждебным настолько, что группа перестаёт быть безопасным убежищем, — и о решении продолжать приходить туда несмотря ни на что.
-
О крысе и попугае
Сессия с клиенткой, боящейся выходить из дома, — и всплывающее детское воспоминание о том, как крыса мгновенно съела попугайчика, из которого вырастает символическая история о превращении из парализующей «крысы» страха в ускользающего «попугайчика».
-
Сергей Кондуров «Заметки о психотерапии навязчивых состояний»
Развёрнутая гештальт-терапевтическая статья о природе навязчивостей — тиков, ритуалов, компульсий — о семьях, где они формируются, и о том, почему бороться с содержанием навязчивости бесполезно, а работать нужно с тревогой, которая её питает.
-
Полли и Командный Голос.
Личная зарисовка о прогулке с непослушным щенком — и об открытии, что собака слушается не громкого тревожного крика, а спокойного, низкого и уверенного голоса.
-
Размышления о диагностике в психотерапии.
О привлекательности и ограничениях психотерапевтического диагноза — как он снижает тревогу и клиента, и терапевта, но одновременно застывает в статичную модель, теряющую гибкость и индивидуальность.
-
Возможно ли достичь недостижимого?
Размышление о том, пересекаются ли стремление к идеалу и человеческая уникальность, — и о неожиданном выводе, что именно недостатки и единственность в своём роде и есть настоящая форма совершенства.
-
Тревога как помощница или легко ли вам доверять мужчинам?
Гештальт-случай о панических атаках, за которыми клиентка обнаруживает фигуру мужчины в капюшоне — свою Тревогу, — и о постепенном, по процентам, выстраивании доверия к нему как первому шагу к тому, чтобы вообще доверять мужчинам.
-
Ритуальное убийство в наше просвещенное время.
Отклик психотерапевта на новостную формулировку «ритуальное убийство царской семьи» — о механизме поиска врага как способе не всматриваться в собственную тревогу, и о том, как вековая коллективная травма ищет привычный, исторически проверенный выход.
-
Уроки от собачки Полли. Урок третий: ты со мной в моей грусти...
С точки зрения собаки Полли — тревожные дни, когда домашний черепах перестаёт двигаться и есть, а семья не отходит от него с лампой, — и то, как она сама, не понимая происходящего, всё же приходит разделить чужую грусть.
-
Обернись
Короткая сцена в машине: девушка говорит резко, боясь, что он уйдёт, как уже было однажды, а он, вопреки инстинкту сбежать от боли, выбирает остаться — и это решение оказывается сильнее старого одиночества.