What Is It Like to Be a Bat?

Классическая статья Томаса Нагеля: через мысленный эксперимент с летучей мышью автор показывает, что у сознательного опыта есть неустранимый субъективный характер — «каково это — быть» данным существом, — который принципиально не сводится к любому объективному, третьеличному описанию.

Нагель избирает эхолокацию летучей мыши намеренно — как перцептивную модальность, максимально непохожую на человеческую, чтобы показать: сколь угодно полное физическое, нейробиологическое и поведенческое описание того, как работает эхолокация, не даёт ответа на вопрос, каково это — воспринимать мир именно так, как воспринимает его мышь. Ключевой ход статьи — разведение двух типов описания: объективного, которое по замыслу стремится освободиться от какой-либо конкретной точки зрения (это идеал физикалистской редукции), и субъективного, которое по определению существует только относительно частной точки зрения переживающего субъекта. Нагель утверждает, что сознательный опыт по своей природе принадлежит второму типу и потому структурно ускользает от исчерпывающего объективного объяснения — не потому, что наука пока не продвинулась достаточно далеко, а потому, что сама программа «объективности через устранение точки зрения» логически несовместима с тем, что должна объяснить. Отсюда классический вывод статьи: любая физикалистская теория сознания, которая не берёт всерьёз этот субъективный остаток, объясняет не то, что нужно объяснить.

В статье 1854 Нагель цитируется трижды и выполняет роль концептуального фундамента, а не иллюстрации: (1) наличие «каково быть» — ключевой признак сознательного опыта, (2) напряжение между объективным описанием и субъективным характером опыта — то, на чём строится вся аргументация о «моём» во второй части статьи. Именно у Нагеля берётся сама логическая структура, разделяющая «объективно описываемое состояние» и «переживаемое как моё состояние» — граница, вокруг которой строится весь вопрос «неотвратимости возникновения субъектности». В отличие от Анохина, Годфри-Смита и Тонони, которые дают статье 1854 научный или биологический язык, Нагель даёт ей философский критерий того, что вообще должно объясняться.